13 советов для писателя от Чака Паланика

К творчеству Чака Паланика можно относиться по-разному, но его советы начинающим и продолжающим писателям универсальны. Для тех, кто не хочет читать его эссе целиком, я привожу здесь краткий конспект — обещаю, без ущерба для смысла :)

 1. Для неорганизованных авторов Чак рекомендует метод "кухонного таймера": "когда писать  не хочется, надо поставить кухонный таймер на один час (или полчаса) и  писать, пока таймер не зазвонит. Если через час не  возникнет желания продолжать, ты свободен на час. Но обычно ко времени,  когда таймер срабатывает, работа так увлекает, что наслаждаешься ею и не  можешь остановиться."

2. Чак настаивает на том, что современный читатель умен и искушен, поэтому удивить его сложно. Не стоит недооценивать это коварное создание - так будет проще его по-настоящему увлечь, эксперементируя с формой и содержанием.

3. Совет очевидный, но актуальный: прежде, чем писать сену, подумай, нужна ли она, и если да — то зачем? Чак говорит: "не заставляй читателя  продираться сквозь сцену, в которой ничего или почти ничего не  происходит", и с ним можно только согласиться.

4. Удиви себя. " Уведи историю, или дай  истории увести тебя, в такое место, которое удивит тебя, тогда ты  сможешь поразить и своего читателя."

5. "Если ты застрял, перечитай предыдущую  сцену, вернись к брошенным персонажам или деталям, которые можно  воскресить." В качестве примера Паланик рассказывает о собственной работе над "Бойцовским клубом": идею для финала (бум!) он почерпнул из первых страниц черновика, на которых идет речь о методах изготовления взрывчатки.  

6. Чак Паланик рекомендует больше тусоваться в писательских и творческих кругах — хотя бы раз в неделю, чтобы вознаградить себя общением с единомышленниками за долгие одинокие вечера, полные боли, работы и неуверенности в себе :)

7. "Позволь себе оставаться в рядах «незнающих»". Чак (как, например, и Стивен Кинг) считает, что не надо работать по плану, и стоит планировать только на сцену вперед, иначе закончить будет трудно. От себя замечу, что лично мне сложно работать без плана — нужен хотя бы минимальный "скелет истории" для обретения уверенности в себе. Один черт, в конце концов все пойдет не так, но садиться за большую вещь без представлений о том, что же это будет за история и каковы ее основные вехи, мне очень трудно.

8. Чак предлагает время от времени переименовывать героев романа, чтобы лучше дистанцироваться от них и в случае необходимости мучить и даже убивать их без зазрения совести, бедняжек.

9.  Паланик предлагает использовать все 3 вида описательной речи: "описательный — «Солнце взошло высоко...», инструктивный —  «Иди, не беги...», экспрессивный — «Ох!»"

10. "Пиши книгу так, что сам захочешь ее прочитать."

11. "Сфотографируйся на обложку своей книги сейчас, пока молодой." :)

12. "Пиши только на те темы, которые действительно тебя волнуют".  Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на изложение чуждых тебе историй, по-настоящему не воспламеняющих кровь самого писателя.

13. Этот совет-притчу, я оставила в неприкосновенности; уверена, он доставит вам удовольствие именно в нетронутом виде. 

"Еще одна история про  рождественскую витрину. Почти каждое утро, я завтракаю в одном и том же  кафе, и этим утром человек разрисовывал стекло витрины рождественскими  изображениями. Снеговик. Снежинки. Колокольчики. Санта Клаус. Он стоял  снаружи на тротуаре, рисовал на пронизывающем морозе, выдыхал пар,  опускал кисти и валики в краски разных цветов. Посетители и персонал  смотрели из кафе, как он наносит красную, белую и голубую краску на  витрину. Дождь сменил снег. Волосы художника были всех оттенков белого,  его лицо измождено и помято. Меняя цвета, он приостанавливался, чтоб  отпить что-то из бумажного стаканчика. Наблюдая за ним из кафе и поедая  яйца с тостами, посетитель сказал, что это печально. Что, должно быть,  это опустившийся художник. Должно быть, в стаканчике у него виски.  Должно быть, у него была мастерская с непризнанными шедеврами, а теперь  жизнь заставила его расписывать дешевые ресторанчики и витрины  гастрономов. Как грустно, грустно, грустно.

А наш оформитель  продолжал наносить краски. Сначала белый «снег». Затем немного красных и  зеленых пятен. Затем немного черной обводки, превратившей цветные пятна  в рождественские чулки и ёлки. Официант, подливая посетителям кофе,  заметил: «Ловко. Хотел бы я так уметь» И неважно, завидовали ли мы этому  парню или сочувствовали, он продолжал рисовать, стоя на холоде.  Дорисовывал детали и накладывал слои краски. Не знаю, когда это  случилось, но в какой-то момент его стало не видно. Рисунки были такими  яркими, так здорово заполняли витрину, что художник исчез. Неважно,  неудачник он или герой. Он испарился, исчез, а мы смотрели только на его  работу."

Иными словами: неважно, что именно о тебе подумают в момент твоей работы. Автор, творец — неизбежно еще и жертва собственной работы, которая, если она талантлива, неизбежно будет находиться в центре внимания, затмевая личность своего создателя. Таков путь писателя — и это здорово. 

(с) zloi_minotavr


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened